- Влечение сердец? - переспросила Кристи, - А как быть с телом?

- Разве сердце бестелесно? - спросил Гофмайер и победно засмеялся своему вопросу.

- Ну, так вот о теле и сердце, - став бледной, заговорила Кристина, дождавшись, пока в зале стихнет смех. - Я вам хочу кое-что рассказать о сердце, чистой любви и теле. Я забеременела от господина вашего возраста...

Гофмайер, побагровев, спросил:

- Надеюсь, это был не я? Или вы забыли лицо вашего соблазнителя?

- Он был профессором римского права в нашем университете, продолжала Кристина. - Он так читал о величии нравов Рима, что казался мне выше всех людей па земле, не говоря уже о тех первокурсниках, которые норовили прижаться ко мне коленкой на лекции. Я поссорилась с моим юношей, глупо поссорилась, а наш профессор ехал со мной в одном вагоне метро, и я, даже не знаю почему, рассказала ему об этом. Ах как красиво он говорил о любви и о подлости молодого поколения! Как он мне рассказывал о своей жене, которая изменила ему, и как она потом стояла перед ним на коленях, а он не простил ей, потому что <нельзя прощать подлость>! Как он говорил о чистоте, сделав меня женщиной! Как он говорил об идеалах, вынуждая меня лгать дома про то, где я провожу ночи! Как он анализировал литературу и театр! Как он был воспитан и добр, как он был нежен, зная, что никогда не женится на мне! А когда я забеременела, он стал просить меня отдаться тому бедному мальчику, чтобы было на кого свалить ребенка! Вы все предатели! Вы изменяли своим женам, а ваши жены изменяли вам, пока вы были молоды, а теперь вам хочется замолить грехи, и вы начинаете учить нас чистоте!

В зале началось что-то невообразимое - крики, шум, свист...

Люс схватил второй микрофон и вышел на середину зала - Кристи убежала куда-то.

- Дамы и господа! - закричал он, чувствуя отчаянную, холодную радость. - Господин Гофмайер! Дамы и господа, я прошу вас успокоиться. Может создаться впечатление, что вы противники демократии, ибо нельзя же, право, лишать человека его точки зрения, даже если вы не согласны с этой точкой зрения! Господин Гофмайер, у меня к вам вопросы. Надеюсь, ваши ответы все поставят на свои места.